Спасти рядового Кобзона

21.07.2015 17:23 Астраханские ведомости

Степень агрессивности общества зашкаливает По Рунету прокатилась странная информационная волна: кажется, самый актуальный вопрос, волнующий российское интернет-сообщество более всего – это где должен лечиться народный артист и народный депутат Иосиф Кобзон – в России или на Западе? Были и те, кто пытался защитить право Кобзона лечиться в Германии. Но их единичные голоса утонули в мощной волне: "Пусть лечится в районной поликлинике!" Не помогли напоминания о героизме Кобзона при "Норд-Осте", популярности и пр. Все вспоминали только скандальные законопроекты, которые лоббировал Кобзон, в том числе о запрете на усыновление детей иностранцами, требовании, чтобы россияне лечились дома, и пр. Закачка из "ящика" С чего бы такая агрессивная и мощная волна? Все, что будет сказано далее – это всего лишь мнение человека, много лет изучавшего и преподававшего психологию (в том числе политическую психологию, теории личности, теории коммуникации, социальную психологию и пр.) в астраханских вузах. Вообще-то в обрушившейся на Кобзона волне народной агрессии нет ничего удивительного. Общество начало возвращать закачанную в него ксенофобию и страх перед любым действием обратно – источнику ксенофобии и страха, то есть власти. А власть продолжает эти страхи в общество закачивать законами и телевизором. Самый свежий страх – так называемый "закон о забвении", только что подписанный президентом. Он разрешает любому лицу добиться удаления неугодной ему информации с интернет-ресурса без суда и следствия. Почти в это же время мы узнали о предложении ФСБ закрыть информацию о собственниках недвижимости – зачем народу знать о владельцах вилл и особняков? Впрочем, различные запреты и запугивания относительно любого сказанного сгоряча слова, неосторожно поставленного в социальных сетях "лайка" в общество закачиваются уже много лет, и чем дальше, тем больше. Конечно, можно согласиться с тем, что требование удалять с поисковых серверов "недостоверную" или утратившую актуальность личную информацию прежде всего защитит коррумпированных чиновников и политиков. То же можно сказать и о закрытии информации о собственниках недвижимости – политики и чиновники, имеющие странный для их официальных доходов размер собственности, смогут перевести дух – "пронесло". Но сейчас речь не об этом. Анонимная стая Как и упомянутый выше закон, принятые ранее акты о защите чувств верующих (про чувства атеистов как-то забыли, создалось впечатление, что за атеизм вообще уже можно загреметь по этапу), запрете пропаганды "нетрадиционных ценностей", наказании за искажение истории и пр. стали тотальным инструментом запугивания не только прессы, журналистов, но и рядовых граждан, не понимающих, что за каждым их "лайком" в социальной сети следит "старший брат". И многие за эти лайки и высказывания уже пострадали реально. При помощи этого института ограничений свободы слова и свободы совести общество целенаправленно превращается в то, что Конрад Лоренц (основатель этологии – науки о поведении животных) называл "анонимной стаей". Таким обществом с разрушенными горизонтальными связями легко управлять. Эталон такого общества – это северокорейский социум, искренне, стопроцентно и до слез обожающий очередного Кима до такой степени, что этот социум считает нормой расстрел за "неискренние аплодисменты" в адрес любимого вождя. Заклюют и святое Также не вдаваясь в подробности заметим, что засилье низкопробных ток-шоу на телевидении, навязчивое тенденциозное и длительное пережевывание одних и тех же событий по четко предписанным прессе политтехнологами логическим и семантическим схемам, вероятное использование специальных техник как раз и составляет методическую и методологическую основу того, что в народе называется "промывкой мозгов". На выходе получается легко управляемая масса, состоящая из лишенных критического мышления то ли субъектов, то ли уже объектов управления. Ошибка власти состоит в том, что такой субъекто-объект, то есть принудительно маргинализованная личность, во всем станет вести себя соответственно своему новому статусу. То есть она не только будет по малейшему указу клеймить "пятую колонну", но с тем же остервенением набросится на святое, если это святое допустит малейшую оплошность. Вот проговорился Кобзон, что лечиться хочет не в России, а в Германии – и на тебе, набросились на "патриота из патриотов" как на какого-нибудь Навального (или кто там еще остался?). И это еще безобидный и безопасный для общества эпизод – пока. Но это и симптом опасной болезни. Система выходит из-под контроля Анонимная стая выходит из-под управления и перекидывается к другому поводырю внезапно, без всякого повода и предупреждения. Анонимная стая внезапно для поводыря может удариться в бегство или наброситься на объект, на который поводырь и не собирался указывать. Оборотная сторона полной управляемости – полная непредсказуемость массового поведения. И уж, конечно, никакой опорой для поводыря анонимная стая быть не может. Потому что вместе с инициативой, личностью и самосознанием, процесс "анонимизации" уничтожает и мотивацию, способность к целенаправленному и настойчивому поведению. Когда кто-то пытается применить на практике какую-либо теорию, неплохо бы знать и о побочных последствиях. Пока наши пропагандисты их не учитывают. Вот о чем говорит неожиданная для многих реакция на беднягу Кобзона, которому действительно нужна медицинская помощь качеством получше, чем его может предоставить наше здравоохранение.