Астраханец нашёл могилу деда через «Одноклассников»

03.05.2012 12:40 Новости

03.05.2012 16:37

Его родственник погиб под Севском.

Три года назад 9 мая, в День Победы,  моя 78-летняя мама, уроженка кубанской казачьей станицы Удобной, впервые увидела на фотографиях могилу своего погибшего отца. Мы знали из похоронки, что мой дед, красноармеец 3-ей кавалерийской  Кубанской дивизии Фёдор Ефимович Косиненко, погиб где-то под Севском. Я не раз писал запросы в военкоматы, в архив министерства обороны, но ответы оттуда не приходили. И тогда, совсем отчаявшись, я  подключил к поискам … социальную сеть «Одноклассники».

 

 

Я придумал свой оригинальный, как мне кажется, способ поиска. В «Одноклассниках» я вышел на странички всех пяти школ города Севска Брянской области. «На авось» написал с десяток писем, но ответ пришёл всего один – от 30-летнего Владимира Моисейкина. Ему-то одноклассник, работающий в местном военкомате, сообщил: «Фёдор Ефимович Косиненко захоронен в г. Севске в братской могиле, которая находится в сквере Памяти». Вскоре от Володи пришло письмо и фото. «У нас сквер Памяти - одно из красивейших мест г. Севска, - сообщил В. Моисейкин. -  Я сам работаю в органах пограничного контроля. На 9 мая весь наш город собирается именно в этом сквере, где мы, пограничники, вместе с другими организациями города возлагаем венки на могилы. Так что не волнуйтесь, могила вашего деда у всего района под присмотром!»

 

Вот так случайно, благодаря «Одноклассникам» и неравнодушию совершенно незнакомого нам человека, я и моя мама впервые увидели  место, где 69 лет назад, 24 марта 1943 года, был похоронен мой дед, рядовой красноармеец 3-ей гвардейской кавалерийской дивизии Фёдор Косиненко.  Я также узнал, что в  этой же могиле рядом с дедом покоится прах таджика Хазрата Халаева, казаха Кабалтая Сигизбаева, нижегородца Михаила Алязова и других солдат…

 

Про своего деда я не знаю почти ничего, поскольку бабушка рассказывала о нём мало – больше плакала. А мама лишилась отца в возрасте первоклассницы, и её воспоминания окрашены детством. Фёдор Косиненко с сестрой росли сиротами. Федор  батрачил у кулаков, потом работал в колхозе. Перед финской войной его призвал военкомат,  он проходил службу до Великой Отечественной. Из станицы Удобной на фронт дед ушёл 7 июля 1941 г., а в конце марта 1943-го погиб. Бабушка Таня не верила в его гибель, всё ждала от него весточки. Ведь были случаи, когда ошибались - на войне всякое бывало. «Но, увы,  это не наш случай, - рассказывает моя мама, сельская учительница Евдокия Фёдоровна Попова. – К лету 43-го года с фронта вернулся в Удобную наш станичник Максим Хлыстунов. Он был в той же части, что и отец. Приехал больной после тяжёлого ранения и вскоре умер. Но успел рассказать подробности гибели отца».

 

Красноармеец Косинеко страстно любил лошадей, был отличным наездником. Участвовал в конно-спортивных соревнованиях. В военкомате служил конюхом, возил на лёгкой тачанке военачальников и ухаживал за лошадями. Так его отправили на фронт вместе с ними. «Маме он написал с фронта, чтобы она не беспокоилась, потому что ему ничего не угрожает, так как  он служит при обозе, доставляет на фронт снаряды, продукты, а с передовой – раненых, - продолжает рассказ мама. - В тот роковой день, 7 июля 1943 года, он приехал с обозом боеприпасов. Остановились они на каком-то небольшом заводике неподалёку от г. Севска, в лесочке. Сначала всё было сравнительно тихо. Отец был при лошадях: кормил их, поил, чистил. Но тут налетели фашистские самолёты. Началась бомбёжка. Кто успел – скрылись в лесу. Отец же хотел выпустить на волю перепуганных коней, хотя друзья его самого звали скорее укрыться в лесу. Но разве он мог бросить своих четвероногих друзей?»  А потом, как рассказывал сослуживец, было прямое попадание бомбы – и всё кончено! На месте конюшни и завода остались воронки, а вокруг – разбросанные истерзанные тела.

 

О том, что Севск был вторым Сталинградом, вторым адом, мне рассказали недавно в письме юные следопыты из местной школы.  Ожесточённые бои там начались 17 марта 43-го года. Непрерывные атаки немецкой пехоты и танков чередовались с авианалетами  - 18-25 самолетов кидали бомбы сразу. 12 раз подряд небольшой Севск переходил из рук в руки. 19-21 марта шли ожесточённые уличные бои. 22 марта казаки 3-ей гвардейской Кубанской дивизии внезапной атакой захватили немецкий штаб, сожгли танки немецкого 33-го гренадерского полка, уничтожили прорвавшихся к центру города автоматчиков и отбросили врага на несколько км от Севска. Но 23-24 марта немцы бросили свежие силы.

 

У командующего Центральным фронтом Рокоссовского не осталось больше резервов, Обороняли Севск молодые парни в основном из остатков частей, прибывших из-под Сталинграда. Эти солдаты, как и мой дед, полегли почти все в полях, перелесках,  на улицах сожженного дотла города, бросаясь на танки на конях. Генерал-майор Ягодин, командир 3-ей Кубанской кавалерийской  дивизии, в своем отчете о боях за Севск писал: "… в полках уцелело по 25-30 человек  - в основном расчеты минометчиков.  Хоронили второпях, не было определено места, так  как  немцы давили. 26 марта смертельный последний бой. И в ночь с 26 на 27 марта город Севск был сдан. Оборонять город было не кому».

 

Установлено, что мой дед  Косиненко Ф.Е. похоронен сразу 24 марта 1943 года у больницы. «Дед ваш - настоящий герой, - написала мне письмо руководитель отряда следопытов «Поиск» Татьяна  Каташонова. -  Про кубанских казаков говорили так: «Это отважные люди». Им доверяли самые ответственные участки боя. Под Севском погибло 1500 только казаков.  Именно они переломили положение - и 27 августа наш Севск был освобождён».

Как жаль, что моя бабушка Татьяна Сергеевна Косиненко так и не узнала, где похоронен её муж. После войны она так и не вышла замуж,  до последних своих дней жизни ждала своего Федю. А 9 мая надевала чёрный платок. Теперь моя мечта  - съездить в Севск на могилу деда.

 "Комсомолец Каспия", №35