kaspyinfo.ru

астраханский новостной портал

Русско-турецкая: 13-я или 17-я? Путин и Эрдоган — против

Общество

То, что происходило на северо-западе Сирии последние недели, де-факто было эпизодом необъявленной войны: в патриотическом угаре турецкие масс-медиа заявляли о 16 ранее имевших место русско-турецких войнах. Один из ведущих российских специалистов по Кавказу С. Маркедонов резонно заметил, что официально объявленных русско-турецких войн было всего 12, а разных необъявленных конфликтов гораздо больше 16, но не в этом суть дела. Суть теперь уже в том, что будет дальше.

Огонь по штабам
Вот это «дальше» и обсуждалось на 6-часовых переговорах президентов Турции и России в Москве в минувший четверг по Сирии. Внешне все было благопристойно и закончилось взаимовыгодным соглашением, хотя обстановка была попрохладнее, чем при прежних саммитах.
Прохладца вполне объяснима. Турецкие солдаты с высокой долей вероятности погибали от российского огня, что, разумеется, российская сторона категорически отрицает. Но так и неизвестно, чей именно Су-24 сбросил бомбы на турецкий штаб в Саракибе, из-за чего погибли официально 33 турецких военных (тоже официально — более 50, а неофициально около 100 – 2-х этажное здание штаба было полностью уничтожено). Турецкое общество ответило неслыханной для последних лет консолидацией власти и оппозиции, турецкие таксисты провели акции протеста у российских дипучреждений и т. д.

Турецкий ответ
Он был шокирующе сокрушительным. Турция впервые в мировой практике использовала рой дронов. Асадовские прокси и регулярные силы сирийской армии понесли потери, неслыханные с первых лет войны. Данные по потерянной авиации, бронетехнике, артиллерии, живой силе разнятся, но они был и настолько велики, что ливанская Хизбалла начала умолять турецкие войска прекратить огонь для вывоза тел своих бойцов, а в ливанских медиа появились панические публикации, что Хизбалла после таких потерь не сможет далее контролировать Ливан – потеряно множество высших командиров. Турция пригрозила закрыть проливы для российских судов, причём не только военных. То есть, эта
двухнедельная война дорого обошлась обеим сторонам, и ее эскалация казалась весьма вероятной.

Московское перемирие
На этом фоне двусторонняя встреча президентов России и Турции была остро необходимой, и она состоялась. Кто в ней победил? Итогом шестичасовых переговоров тет-а-тет и в составе делегаций стали три пункта соглашения: прекращение огня с полуночи 6 марта, создание 12-километровой зоны безопасности (по 6 км к северу и югу от шоссе М-4 Латакия-Алеппо), совместное российско-турецкое патрулирование зоны шоссе. На первый взгляд это победа сирийско-российского блока: фактически  установлена новая линия фронта гораздо севернее, чем она была к началу сирийского наступления в конце апреля прошлого года, то есть захваченные территории остаются за Асадом, а примерно миллион новых беженцев становится проблемой Турции. Минимум семь турецких блок-постов в бывшей зоне деэскалации Идлиб остаются в осаде асадовских сил, и их, скорее всего, придется эвакуировать.

Но не все так просто. Саракиб, за который разгорелись самые ожесточенные бои, остаётся или турецким или ничьим, что равноценно для Асада. Турецкая армия получает передышку для оценки результатов применения новых тактик, перегруппировки и перевооружения (США уже боеприпасы поообещали). Турция сохранит 5 млрд. выручки от российских туристов, а Россия – 20 млрд. выручки от поставки энергоносителей на турецкий рынок – второй для нас после Германии.
Договориться — договорились, но…
Что будет дальше? Отмечу несколько моментов. Первый и самый важный. Асад отлично научился манипулировать Россией. Сейчас он под шумок бесплатно добился резкого усиления поставок вооружений и успешно «отжал» кусок территории мятежного Идлиба. Но ему этого мало, он хочет все и приложит максимум усилий по срыву соглашения. Наиболее
вероятный способ провокаций – организация или провоцирование новых атак на авиабазу Хмеймим, что чрезвычайно болезненно для России, и Путин во время встречи с Эрдоганом эти атаки неоднократно упоминал. Второй. За кадром сделки остался Иран, а шиитские милиции – наиболее пострадавшая в двухнедельной войне сторона. Можно не сомневаться, что иранская сторона постарается получить компенсацию, и Асад опять качнется в
сторону Ирана, очередной раз деформируя равносторонний «любовный треугольник»
Сирия-Россия-Иран.
Третий, тоже ключевой момент. Хотя стороны и на этот раз договорились, теперь уже и Турции очевидно, что Россия не в состоянии обеспечивать выполнение достигнутых договорённостей Асадом. Ранее в этом убедился Израиль, в результате чего Россия полгода назад была вынуждена снять с боевого дежурства свои С-400 (российская пресса на этот счет отмалчивается, а вот зарубежная нет). Кстати, под шумок «русско-турецкой» израильские ВВС чрезвычайно эффективно отрабатывали по объектам Хизбаллы и Ирана на всей территории Сирии. В итоге «Астанинский» и «Сочинский» форматы приказали долго жить, и Эрдоган неоднократно подчеркнул, что только «Женевский процесс» может покончить с войной.
Четвертое. Проблема беженцев и вынужденно перемещенных лиц – а это почти половина населения Сирии – никуда не делась. Большая часть населения Сирии не хочет жить под Асадом. Пока он сидит на российских и иранских штыках. Стоит эти штыки убрать – и будет с ним как с Наджибом в Афганистане. Поэтому пятый и очень наглядный фактор: пока Асад воевал на севере, на юге страны восстали друзы. Друзы с самого начала гражданской войны
придерживались нейтралитета. Но теперь брату Башара, командующему 4-м мехкорпусом, захотелось друзов «выстроить», и он начал ввод своих подразделений в их города.

Друзы – община чрезвычайно своеобразная и закрытая, но их немало и силы у них есть. Конфликт утих в течение нескольких дней, но он симптоматичен – при малейшем ослаблении режима начинают подниматься, казалось бы, давно и необратимо «замиренные» территории, с которых нелояльное население давно было выселено в тот же Идлиб или на северо-восток Сирии. То есть, без иностранных штыков Асаду не удержаться – население восстанет снова. Вопрос в том, сколько еще денег союзники Асада – Россия и Иран готовы потратить на спасение друга.