“Секс-час для шефа”: астраханки рассказали о сексуальных домогательствах на работе

Волна скандалов из-за сексуальных домогательств возникла за океаном и докатилась до России. Буквально вчера в постыдных приставаниях обвинили самого Станислава Говорухина! Страдают ли астраханки от посягательств на свою гендерную независимость? Мы опросили астраханок, и они без труда припомнили множество историй о домогательствах.

Анфиса Н. “Прощай, карьера!”

– Один мой родственник в начале восьмидесятых делал карьеру в обкоме комсомола. Молодой привлекательный парень очень понравился какой-то высокопоставленной партийной даме. На всевозможных маевках-субботниках мадам пыталась зажать молодого комсорга и требовала ответных ласк. Родственник, имевший красавицу-жену и маленького ребенка, держался как мог. В итоге ему был поставлен жесткий ультиматум: его карьера полностью зависит от качества оказываемых им интимных услуг. До жены дошли слухи, и дома несчастному был выдвинут ответный ультиматум: либо семья, либо комсомольские субботники. В итоге мой родственник ушел навсегда из обкома комсомола.

Виктория В. “Секс-час для шефа”

– Моя соседка, служащая в одной крупной астраханской ресурсодобывающей компании, рассказывала мне, что у ее шефа есть специальный секс-час. С 15 до 16 его кабинет заперт, в нем идет работа. Работает он над телом своей секретарши и об этом знает вся компания, но деликатно молчит. Просто в это время к нему никто не приходит подписывать бумаги или решать вопросы. Ровно в 16:00 двери кабинета открываются, оттуда выходит секретарша (не сказать, что возмущенная), и рабочий день продолжается с новой силой.

Валентина Ш.: “Интим за зачёт”
– В мои студенческие годы были преподаватели (причем многие из них имели отношение к партийным дисциплинам, в том числе и научному коммунизму), которые намеками ставили в прямую зависимость положительную отметку от удовлетворения их мужских потребностей. Смазливые студентки старались всеми правдами и неправдами сдавать предмет другим преподавателям. Но находились и те, кто хвастался отличными оценками в зачетке. Слава о таких “преподах” была дурная, но в ректорат на домогательства никто не жаловался: в те времена авторитет вузовского преподавателя был велик, а сам он – практически неприкасаем.

Светлана Н. “Почти гарем”
– Когда-то я работала на базе, которую возглавлял такой коренастый мужичок средних лет с психотипом поручика Ржевкого. Он подкатывал буквально ко всем дамам и, если получал отказ, беспроблемно откатывался. Но находились и особы с не очень высокой социальной ответственностью. Девушки эти ничего плохого в происходящем не видели и охотно делились впечатлениями друг с другом и со всем коллективом. Так что в курсе сексуальных привычек руководителя и того, что, скажем так, скрывается у него под одеждой, были все. И, честно скажу, когда я покинула этот веселый коллектив, испытала некоторое облегчение.

Ирина Б. “Театр такой театр”
– Мне не удалось поступить в институт с первой попытки, надо было где-то проработать год, и я нашла объявление, что местному театру требуется бутафор. Поскольку мне было 17 лет, в театр я пошла с мамой. Меня охотно брали на год на декретное место, но работодатель, хитренько улыбаясь, предупредил: будьте готовы, актеры – люди эмоциональные, а девочка симпатичная, так что могут и зажать в углу. Мы с мамой переглянулись и закрыли дверь с обратной стороны. Этот год я проработала в библиотеке. (На всякий случай – дело было не в Астрахани).