В армии вместо программы “Время” смотрели “Пусть говорят”: астраханец о солдатских буднях

Не за такими уж высокими горами начало очередного весеннего призыва. Вопреки устоявшемуся стереотипу, парни в армию идут, и всё больше с каждым годом. И поэтому часто задают отслужившим вопрос – что этот год в армии тебе дал? На него попробовал ответить астраханец, недавно вернувшийся со срочной службы.

“Родину защищать” – это в военное  училище
“Есть такая профессия – Родину защищать”. Да, бесспорно, этот лозунг работает, но только для тех, кто выбирает военную профессию. Во время простой “срочки” вы, вероятнее всего, слабо прикоснётесь к навыкам боя. Стрельбы – несколько раз в месяц. За всех служивших не отвечу, но у нас это было так.

Многие мифы об армии уже в далёком прошлом. Дедовщины лично я не встретил. За такие дела отправляют в “дисбат” (дисциплинарный батальон), где буквально каждый шаг – по уставу.

Служба – просто космос
Попал я служить в военно-комические войска, но в космос меня не пустили. Армейскую форму нам выдали синюю: для лета она оказалась слишком плотная (в жару варились в ней), а зимой приходилось надевать тёплое нижнее бельё в два слоя. И тёплую обувь давали – как от скафандра космонавта. Вообще, как оказалось, трудно подобрать форму точно по размеру, тем более ­обувь (от которой мозоли). Так и ходили.

В качестве личного оружия мне достался автомат Калашникова 1986 года выпуска (хотя ему больше 30 лет, на столько он не выглядит). Оружие не такое и тяжелое: поначалу болит плечо от того, что долго его носишь, а потом привыкаешь – даже не ощущается в руках. Свой автомат надо ещё и разбирать, чистить, смазывать, разряжать и заряжать, не терять патроны и так далее.

В караулы ходим уже с заряженным оружием.
Но не всем оружие доверят: а вдруг ты в депрессии? Любишь чёрный цвет – уже подозрительно. Этим некоторые пользовались и избегали службы в караулах. Каждый месяц стрельбы – выезжаем далеко в степь на специальный полигон. Когда стреляешь, сильно закладывает уши, а вот отдачи почти нет.

Чистку и уборку, разгрузки и погрузки, вплоть до очищения прилегающей территории от “бычков”, никто не отменял. Многое из этого спорно, но знаете – в плане уборки, в разум­ных, конечно, пределах, это даже хорошо: насколько многим, оказывается, нужно учиться элементарным чистоте и порядку. Но вообще странно, что для этого нужно обязательно идти служить.

Одиночество в степи
Нам было нужно быстро выучить устав караульной службы: слов много, а знать надо каждое. В караулах мы охраняли разные важные места: склады, самолеты и вертолёты. Ночью нужно, поспав только час-полтора, вставать, одеваться, заряжать оружие и идти на пост. И вот два часа ты ходишь из одного конца поста в другой – следишь, чтобы никто посторонний не прошел. На посту часовой одинок: только ты, оружие и темная пустота перед тобой – за забором из колючей проволоки. Сидеть, спать, разговаривать нельзя, даже в туалет запрещается ходить, чтобы не отвлекаться от охраны объекта. Обо всем докладываешь по рации. Поначалу всякое казалось: что кто-то из темноты сейчас выбежит, начнет перелезать через ограду, и если после предупреждений нарушитель не остановится, придется стрелять.

Однажды довелось стоять в почётном карауле. Строевой гонял нас в меру (до столовой только строем, подстраиваясь под ногу идущего впереди, а когда и бегом).

Если ты заболел – тебе в санчасть. Вообще больные в армии не приветствуются: их называют “каличами” (а санчасть – “каличкой”) и не уважают за то, что те “косят” от службы. С температурой и серьёзной болезнью везут в госпиталь (повезёт, если часть рядом с ним, а не где-то в степи).

Зарядка, дневной сон, манная каша
Каждое утро (кроме среды, субботы и воскресенья) – зарядка. Встаешь в 6 утра, за 5 минут заправляешь постель и одеваешься (все надо делать быстро!) и сразу же выходишь на улицу: сначала бег, кругов 5-7, потом обычная зарядка, затем подтягивания (нужно 10 раз подтянуться), отжимания (столько же). Только после зарядки умываемся и готовимся к завтраку. Есть дневной сон – прямо как в детсаду! По улице ходим только строем, подстраиваясь под ногу идущего впереди. Потом, на “гражданке”, какое-то время отвыкаешь от этого.

Кушать нужно быстро, как и все в армии: не доешь, потом не сможешь, как дома, подойти к холодильнику и перекусить. Армейская еда хоть и рассчитана по нормам до грамма (за этим следили), по факту же мало когда будешь сыт, по крайней мере, всегда хочется есть. Возможно, из-за физических нагрузок, а возможно, и из-за непривычных и неожиданных блюд.

Короткий хит-парад. Рыба – мало кто решался есть. Сладкие булочки – радость. Каша сладкая или манная – удивление, радость. Конфеты – боль в зубах. Апогей армейского меню – бигус (тушеная квашеная капуста с мясом). Меняешься на масло с кем-то. Цикорий – недокофе.
Но всегда есть “чипок” – армейский буфет, в котором многие запасались недополученными калориями.

Что до самой казармы, то всё как обычно: “взлётка” (длинный коридор по центру), чайная, класс, “располага” (кровати) и т.д. В разных частях всё по-своему, но в нашей были новые кровати, а не знаменитые двухъярусные из солдатских сериалов. Туалеты – старые, но была “стиралка”. Банный день хоть и был официально раз в неделю, помыться можно было почти в любое время (в казарме было несколько душевых кабинок). Несколько раз в неделю – сменное бельё и новое жидкое мыло.

Львиная доля “личного времени” уходит на дела хозяйственные: подшиваемся, стираем носки, нижнее белье (руками, но форму можно в машинке). Из развлечений: просмотр ТВ в 21.00 (должны были быть новости на Первом, но из-за сдвига на час попадали на “Пусть говорят”) и походы в клуб в один из выходных.