Астрахань-1919: сто лет вранья и умалчивания

Ровно 100 лет назад, 10-11 марта 1919 года Астрахань пережила самые черные дни своей новой и новейшей истории. Ни об одном периоде астраханской истории не было нагромождено столько гор вранья. Но в городе остались еще старые астраханцы, астраханская интеллигенция, которые отлично сохранили историческую память поколений и не позволят ее забыть и заболтать.

Почему рабочие вышли на улицы?
Итак, ровно 100 лет назад по астраханским улицам прокатилась волна насилия, которой город не видел с 16-17 веков. Кульминация событий пришлась на 10-11 марта 1919 года, но назревали эти события несколько месяцев и завершились они лишь к августу 1919 года

Утром 10 марта рабочие астраханских судостроительных заводов, на которых сложились сильные профсоюзные организации, сыгравшие, кстати, ключевую роль в установлении советской власти в Астрахани вышли на улицы в районе Эллинга. Нужно напомнить, что рабочий класс в Астрахани неплохо жил и при «проклятом царизме» — до сих пор на нынешнем СРЗ им. Ленина сохранились остатки «нобелевского городка». Рабочих выгнали на улицы голод, притеснения и запреты, введенные «новой советской властью» — прибывшими из Москвы в конце 1918 году партийными и военными руководителями.

«Новые» категорически в грош не ставили «старую советскую власть» — тех астраханцев, которые в 1917 г установили и защитили (практически бескровно) советскую власть, а затем в условиях лютовавшего по всей России голода, разрух и бардака, сумели наладить снабжение, нормальную городскую жизнь, здравоохранение, образование и даже открыть университет. Из прибывших временщиков следует отметить военного вождя Мехоношина (он и несет основную ответственность за резню в марте, как и командующий флотилией Сакс, несправедливо будет забыть и астраханца Чугунова), главного чекиста Атарбекова (он несет ответственность за волну внесудебных казней после расстрела астраханцев 10-11 марта, эта волна сошла на нет только в августе после отзыва Атарбекова), ну и, разумеется, Кирова, бывшего тогда главным политическим лидером.

Расстреливали своих
Астрахань создала прецедент, неслыханный в молодой Советской России – большевики расстреляли рабочих (!), а вовсе не какую-то «контру». Поэтому катастрофу попытались срочно замазать. Срочно придумывается небылица про «белогвардейский мятеж». Было бы так на самом деле, красные ни за что так легко бы не отделались – красные части практически не понесли потерь.

Не было не только мятежа, но и сколько-нибудь организованного выступления рабочих, не было даже митинга. Просто собравшиеся несколько тысяч рабочих пошли от Эллинга в сторону 17-й пристани, но встретили цепь краснофлотцев и солдат. Сзади напирали новые толпы рабочих и началась давка. Матросы и солдаты начали отбиваться прикладами и штыками – тут и пролилась первая кровь. Дальше хаос распространился на все прилегающие улицы до Бакинской (тогда Бакалдинской). У рабочих не было ни плана, ни координирующего центра. Войска и флотилия, объединенные единым командованием и имевшие оружие в достатке, легко подавили стихийное выступление рабочих и примкнувших к ним разрозненных подразделений астраханского гарнизона.

Залп по колокольне
Пара расхожих легенд о тех временах, кочующих из источника в источник. Первая: эсминец «Московитянин» расстрелял штаб мятежников на Бакалдинской в доме купца Розенблюма. Вторая: тот же эсминец снес колокольню храма Иоанна Златоуста, поскольку там и на пожарной каланче стояли белогвардейские пулеметы. Еще, мол, на углу нынешней Волжской перед храмом под страшным белым пулемётным огнём застрял в грязи броневик красных.

Так вот, «дом купца Розенблюма», точнее, его жены Муси Гершевны Розенблюм, так и стоит напротив ТЦ «Алимпик» стенка в стенку с ТЦ «ВАсторГ» — как в издевку – все вокруг разрушено и снесено, а этот дом хоть и еле-еле, но стоит. Адрес – Бакинская, 13. Других домов у Розенблюмов в тех краях не было. Да и вся остальная застройка вокруг Иоанна Златоуста сохранилась, никаких следов артобстрела на ней нет. По колокольне эсминец стрелять мог и попал – прямой выстрел, тогда она была видна с реки. Но пулемета там не было и быть не могло – все описанные в советских хрониках сектора обстрела с колокольни перекрыты старыми домами. В набат кто-то ударил, вот за это и поплатился. И грязи никакой на этом углу быть не могло, там еще до революции надежно лежала булыжная мостовая. Ну да ладно.

О жертвах вспоминать не хотят
Разберемся лучше с современными делами. Если память палачей астраханского люда увековечена, то почему до сих пор не увековечена память их невинных жертв – астраханских рабочих, разночинцев, интеллигенции, женщин и детей, выбежавших из домов спасать своих мужей и отцов и тоже попавших под огонь? Почему не увековечена память тех, кого потом еще почти полгода атарбековские «соколы» вытаскивали по ночам из постелей и десятками расстреливали в Белом лебеде и других местах? Мы даже не знаем мест захоронений, они, скорее всего, есть и в центре города – закапывали следы преступления наспех.

Говорят, война закончена, когда захоронен последний солдат. В отношении событий 1919 го в Астрахани не сделано ни одного шага. Председатели, главы, мэры сменяли друг друга, иногда выслушивали, и на этом все заканчивалось.

В заключение еще раз о фигуре Атарбекова. Это был психически больной садист, в мирное время он был бы рядовым серийным убийцей, и за ним гонялась бы полиция всей страны. Время выплеснуло его наверх, вручило чекистский мандат и маузер. И неограниченные возможности удовлетворения своей садистской похоти. Мой прадед, земский врач, знал его отлично и дома называл «патологическим убийцей», но называл шепотом. Я в начале отметил миссию интеллигенции – свидетельствовать. Вот и свидетельствую. Имя этого садиста до сих пор носит улица Астрахани. Доколе?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Капча: * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.